—— —=

Скоро карцеры были переполнены. В каждый из
них, рассчитанный только на одного, — загоняли по
восемь-десять человек. В одних и тех же карцерах
оказались вместе осужденные к крепости и к ка-
торге, люди с разных этажей и камер, годами содер-
жавшиеся в строгой изоляции.

Находясь уже в карцерах, мы стучали кулаками
в закрытые двери, требовали прекратить избиение
товарищей, требовали вызова в тюрьму прокурора.
Но палачи продолжали кровавое побоище.

Около часа понадобилось на то, чтобы вывести
всех заключенных в карцеры. После этого все
утихло. Надзирательский резерв и солдаты были
брошены в другие корпуса тюрьмы на расправу с
политическими. Особенно жестоко в тот вечер были
избиты заключенные во втором корпусе.

В карцере, в который меня втолкнули, было так
тесно, что даже некуда было ступить. На холодном
цементном полу лежал лиепайский коммунист Ге-
белс, осужденый к шести годам каторги. Он был
особенно сильно избит. Чтобы помочь ему, мы под-
ложили под него свою верхнюю одежду. Тут же
были каторжанин Миезис, осужденные к крепости
студент Я. Путнынь и молодой вентспилсский ра-
бочий А. Анкуп. Оказавшись соседями по темному
карцеру и еще взволнованные только что происшед-
шим, мы говорили об ожидавшихся в тот день рабо-
чих демонстрациях в Риге, Берлине, Париже и Нью-
Иорке.

Но начавшаяся беседа вскоре была прервана но-
вой возней в коридоре. С шумом отодвинулся на-
ружный железный засов дверей, и перед нами
неожиданно опять появился Азис с группой надзи-

85