Г]
американских, немецких и английских фирм и 3а-
зывные цветные огни баров и шантанов.

Сидевшие в машине агенты вслух затсяли между
собою спор: кто из них первым будет меня бить
в охранке. Каждый претендовал на первенство в
этом деле...

В РАННИЕ ВЕСЕННИЕДНИ...

Всю первую ночь напролет я провел без сна. Ка-
мера номер семь — темный чулан площадью в два—
два с половиной метра, в которую меня поместили,
фактически служила карцером. Здесь не было ни
окон, ни вентиляции. Тяжелый спертый воздух, пере-
гретый специально натопленной до накала чугун-
ной печью, вызывал невыносимую головную боль.
Чтобы заключенный не задохнулся, дежурный на
ночь открывал дверь камеры. Тогда через узкую
чуть-чуть приоткрытую дверь из коридора процежи-
вался нормальный комнатный воздух и легче стано-
вилось дышать.

В эту долго тянувшуюся для меня ночь я не пере-
ставал думать об обстоятельствах ‘ареста и настой-
чиво пытался раскрыть причину своего неожидан-
ного провала. Надо было поскорее выявить притаив-
шегося где-то провокатора и предупредить об этом
товарищей на воле. Однако мне и самому еще мно-
гое было неясно. Не знал я ничего о судьбе неле-
гальной квартиры. Поэтому я считался со всякими
возможными сюрпризами на следующем допросе и
готовился к самому худшему.

Утром меня повели на нижний этаж на допрос.

Я не спеша отвечал следователю, старался по
характеру вопросов уточнить, что именно и в какой
мере охранке известно о городской партийной орга-

203