т ь
ские, которые уже три недели тому назад были пере-
ведены сюда из охранки.

На другой день нас по одному вызывали в кори-
дор, где шла разбивка. Меня последним подвели
к столу, за которым сидели старшие надзиратели
всех корпусов и помощник начальника тюрьмы по
административной части Кирштейн.

— Опять здесь! — со злорадством сказал Кир-
штенн и в упор посмотрел на меня стеклянными гла-
зами. — Который раз в тюрьме?

— Третий, — ответил я.

Кирштейн тихо шепнул что-то своим подчиненным.

Так кончилась разбивка.

Скоро меня привели в первое отделение первого
корпуса к камере номер три. У большой решетча-
той двери этой камеры меня с улюлюканьем встре-
тили ее обитатели. В ней находились рецидивисты.
Тут были всякого рода взломщики, грабители,
люди, сделавшие воровство и разбой своей постоян-
ной профессией. Вначале я был единственным по-
литическим в этой камере.

Уже с первых дней пребывания в тюрьме я снова
старался детально продумать все обстоятельства
своего ареста.

Предатель Залюм несомненно выдал многих това-
рищей. Однако ни меня, ни Шалма он не знал. Вы-
ходило, что, помимо Залюма, должен быть еще про-
вокатор, который продолжает действовать на воле
и которого охранка тщательно маскирует. Эта

мысль все время не покидала меня.

Вспомнил о Пацевиче, вызвавшем подозрения
многих товарищей. За несколько дней до ареста

| я имел явку с Пацевичем. До этого я не знал его
. 14* 211